§2.8 От сказочных образов к снам

Понимание способов сокрытия информации в сказочных образах и способов подачи глубинного содержательного смысла сказок позволяет нам соприкоснуться с тайной расшифровки бессознательных образов сновидений. Методика и механизм расшифровки при этом аналогичны. Фактически сновидение является индивидуальным сказочным сюжетом, возникающим либо как реакция бессознательного на внешние ситуации, либо как отклик на глубокие потребности человека.

В данной статье будет представлена только попытка показать взаимосвязь образного содержимого сказок и сновидений, и продемонстрировать общность методики толкования и расшифровки. Тем же, кто всерьез хочет понять что же такое сны и как их толковать, может обратиться к соответствующему разделу сайта "Сонник".

Общность сказочных образов и сновидений

Итак, первое, что бросается в глаза как при чтении сказок, так и при просмотре сновидений, так это нелогичность. Например, то, что героем сказки является не самый умный, способный и одаренный человек, причем на долю которого выпадают такие испытания, что он в любом случае не может преодолеть их самостоятельно, без участия посторонней силы. При этом по ходу сюжета герой зачастую ведет себя и поступает не логично, иррационально.

В сновидениях еще менее приходится говорить о логичности, а наиболее запоминающиеся сновидения зачастую также наполнены настоящими испытаниями для души. Их образы кажутся ясными, но поведение не всегда просто объяснимо. Между тем, как и в первом, так и во втором случае можно проследить некий сценарий, по которому развивается сюжет, даже если по-началу он не заметен - это говорит лишь о недостаточной проницательности. В обоих случаях вполне возможно проследить результирующий смысл, конечную цель, с которой оба сюжета, сказочный и сновидческий, были созданы.

В сновидениях сновидец зачастую попадает в сложные ситуации, для которых, как правило не готов; в ситуации, которые вызывают серьезные потрясения, страхи, даже - ужасы. Вряд ли приходится говорить в этом случае, что сновидец владеет собой и ситуацией, скорее, наоборот, таким образом, чаще выступая в роли "дурака", нежели "царя".

Следующим планом является яркость эмоциональной окраски как от прочтения сказки, так и от восприятия сновидения, а также некое непременное чувство "чего-то такого", которое обязательно остается, стоит только сделать над собой усилие быть в достаточной мере впечатлительным. Зачастую подобное ощущение глубокого, пусть до конца неосознанного, понимания оставляют притчи. Подобное чувство понимания "чего-то важного" остается и после просмотра сновидения, хотя сознание может и не понимать "чего именно".

Язык сказок, притч, мифов, особенно - басен, - зачастую оперирует настолько яркими, мощными и вместительными образами, что позволяют опускать многостраничные пространные описания и объяснения, при этом именно эти краткие образы оставляют яркий след в душе, не только запоминающийся надолго, но и приносящий ясное понимание в подобной жизненной ситуации. Подобные образы зачастую можно видеть в сновидениях, и анализ этих образов способен развернуть их до многостраничного подробного описания.

Наши сновидения, подобны театральной сцене, на которой мы сами актеры и действующие лица, и погружают нас в ту атмосферу, в которой мы можем обыграть какой-то интересующий нас сюжет и максимально четко прочувствовать его душой, вынести некое осознание, понимание. И смысл сказок заключается в том, чтобы предоставить некую информацию путем погружения слушающего или читающего в соответствющую атмосферу, позволив воображению почувствовать себя на месте героя повествования.

Научиться логически анализировать содержимое сказок и сновидений не так просто, но и не так сложно, как это может показаться. Не вдаваясь в долгие и пространные рассуждения можно рекомендовать труды К.Г. Юнга, внесшего большой вклад в психоанализ сновидений. Анализ сновидений из клинической практики виднейшего психиатра, основателя аналитической психологии, позволил автору статьи открыть тайну толкования глубинных образов, живущих в душе и проявляющих себя во время сновидений. Внимательное и доверительное отношение к собственным чувствам и обитающим в душе образам помогли найти те ключевые точки, или нити, потянув за которые стало возможным размотать запутанный клубок и из сумятицы образов вытащить стройный сюжет.

Общие принципы анализа

Первое, что хотелось бы отметить, это - отказ от попытки последовательно-логического анализа. Зачастую, чтобы понять о чем идет речь в сказке, необходимо дослушать ее до конца, и только узнав весь сюжет - понять о чем идет речь, в каком контексте развивается сценарий. Так по первым строчкам о том, что на поиски сокровищ, спасение царевны отправляется младший сын, или дурак, вряд ли можно сделать правильное заключение о герое и морально-этической стороне сюжета. Только пройдя все перепитии, столкнувшись с моральной доблестью простодушного и жестокостью, казалось бы разумных, умелых, взрослых, а на деле оказавшися хитрыми, подлыми, беспринципными и духовно незрелыми - старших братьев, что убивают младщего (читай "Иван-царевич и серый волк") - можно сделать некий вывод об истинно верных моральных качествах героев, проследить к каким последствиям приводят те или иные поступки, понять какой же на самом деле была цель сюжета.

Фактически, постижение сказки начинается с ее окончания, за которым непременно должен следовать ретроспективный взгляд назад, чтобы правильно понять как и что нужно было делать для того, чтобы достичь верного результата.

Аналогичный подход незаменим при анализе сновидений. Только удержание перед взором размышляющего целостной картины видения позволяет понять, о чем хотело поведать сновидение. Деление видения на составные части убивает смысл, видение всей картины сразу - выстраивает понимание, подобно собранной мозаике или пазлу, по отдельным элементам которых не возможно выстроить целостной картины. Фактически, самым ценным для нас становится результирующий сюжет, как цель, для которого демонстировались, пусть и не всегда удачно и понятно, второстепенные образы.

От общего к частному - вот самый верный способ анализа.

Второе - необходимо научиться прислушиваться к собственным чувствам, возникающим не только во сне, но и в реальной жизни.

Наши образы, чувства, эмоции, впечатления и переживания универсальны, в отличии от умозаключений, которые зачастую индивидуальны и зависят от мировоззрения, уровня образования и т.д. Мир же чувств и образов не зависит ни от образования, ни даже от воспитания, потому можно говорить о том, что те образы, что на яву у нас вызывают отпределенные чувства, или чувственные ассоциации с чем-то, будут вызывать те же чувства и в сновидении. И наоборот, невнятный образ сновидения, вызывающий какое-то чувство, может быть связан с образом наяву, вызывающим те же самые чувства, являться его проявлением. Здесь в полной мере можно говорить о подобии между внутренним и внешним.

Зачастую неважно каков образ, сколь важно какие чувства отображает этот образ, и какое понимание рождает собой несомое этим образом чувство - вот в чем глубокое заблуждение любых сонников: один и тот же образ может иметь значение для одного, но ничего не значить - для другого, так как не будет вызывать никаких душевных откликов, или будет иметь совершенно отличное значение в контексте какого чувства, события оно было явлено сновидцу.

Сновидение - это голос души, а душа говорит чувствами. Символы, которыми оперируют сонники, ибо лишенный чувства образ - есть символ, - аппелируют к сознательному, рассудочному мышлению (по крайней мере обыденные образы из житейской жизни). Говорить же об образах сонников не приходится, т.к. образы приходят в контескте связанных событий, иначе - это всего лишь символы, а символы - лишены чувства и не могут считаться голосами души (за некоторыми исключениями).

Чувственная проработка различных аспектов сказочного повествования позволяет переводить сказочные образы в более понятные конкретному человеку образы, т.е. позволяет дешифровать образ, например, образ Бабы-Яги, и соотнести его с архетипом Анимы, а образ помогающего животного - с образом собственного бессознательного. Во сне мы не способны проводить аналогичный анализ, в то время как при пробуждении можем дешифровать образ, например, бросающейся на нас собаки, как агрессивные элементы нашей собственной психики в отношении нас самих.

Третье, и, пожалуй, самое главное, - влючить абстрактное мышление, отказаться от буквального толкования. Это правило применимо к абсолютно всем сферам нашей жизни, тем более незаменимо при анализе религиозного и мистического опыта. Ни одно из высокодуховных произведений не может обойтись без образного, иносказательного языка - языка, фактически, одним словом, выражающего другое. Это другое и западает в нашу душу, как результат собственной чувственного выявления этого слова, самостоятельной реконструкции этого образа.

Это можно выразить так: деревья умирают, когда указывают на них, и оживают, когда говорят о теннистой прохладе под раскидистым зеленым шатром над головой...

Оставить комментарий